| "Мельница" в "Точке" |
[May. 28th, 2006|04:21 am] |
После довольно долгого перерыва я снова выбрался на "Мельницу", и день возвращения оказался очень удачным. Концерт был просто потрясающим, я заново влюбился в группу после нескольких концертов, которые то разочаровывали, то просто не вызывали особо сильных эмоций. В этот раз энергия происходила даже от самого вида Хелависы в очень весеннем платье — усыпанном листьями и цветами, — и с не менее весенней улыбкой. Вид видом, а главное — музыка, и с ней тоже было всё в порядке. Период утрясания нового состава и новых аранжировок закончился, и от результатов я получил кайф не меньший, чем от самых первых мельничных концертов, на которых я был. Даже те песни, которые мне раньше не особенно нравились, теперь звучали совершенно по-другому и гораздо больше мне по вкусу. "Дети богини Дану", например, стали гораздо более мрачными, а "Прялка" — наоборот, какой-то лёгкой и воздушной; и обеим вещам перемены пошли... в общем, пошли. По крайней мере, в моих, так сказать, ушах. Затем обещанный сюрприз. Хелависа объявила, что ей её одной стало мало на сцене, и она решила клонироваться. "Кланнлироваться?" — предположил Чус, но не угадал. Впрочем, клон получился неудачный с точки зрения похожести... короче говоря, в "Мельнице" теперь (опять?) две вокалистки. Интересно, начнутся опять разговоры об уходе Хелависы? Первой песней, исполненной дуэтом, стал "Горец"; ближе к её концу Хелависа традиционно представила участников группы, и таким образом было выяснено имя "клона" — Алевтина. Такой уж был концерт, на котором мне всё нравилось, и Алевтина исключением не стала — мне понравилось и как она выглядит, и как ведёт себя на сцене, и, разумеется, как поёт. Голос её, конечно, не клон Хелависиного (как и она сама, впрочем), но, на мой взгляд, достаточно сильный, красивый и техничный. Раз музыканты представлены, Чус решил объявить об окончании концерта; на скорее весёлый — вряд ли кто-то поверил — вопль зала Хелависа ответила: "Не дождётесь!" И "Мельница" в расширенном составе сыграла "Травушку" и первую новую песню, название которой объявлено не было, а затем, уже в один голос Хелависы (кажется, всё-таки в один, хотя в голове всё перепуталось), вторую — из четырёх. Новые песни такие же прекрасные, как и всё остальное. В "Травушке" флейтист — хотя после этого его стоит называть духовиком — сыграл на жалейке; а в паре других песен играл на чём-то вроде губного баяна аккордеона. Точнее, инструмент выглядит как оторванная от аккордеона клавиатура — та её сторона, что с фортепианоподобными клавишами, — с торца которой приделана трубочка, в которую надо дуть. В первый раз такое вижу, и не имею представления, как оно называется. За великолепной "Ай, волна", которую я впервые слышал в аранжировке для всей группы, последовала волшебная "Песня о Дьяволе", после которой Хелависа подняла со сцены пакет, поставленный туда кем-то из поклонников. "Лёша, убери стульчег, а я пока посмотрю подарочег," — каковой вызвал у неё звуки восторга, а затем — и у зала, когда тот его увидел. Подарок действительно классный — вставленная в рамочку вышивка бисером, на которой изображены море и маяк на скале. На "Контрабанде" Хелависа скинула туфли, видимо, подражая морякам старых времён, и отплясывала босиком. Пока в начале следующей, одной из новых, песни она обувалась обратно, на помощь вышла вторая вокалистка, с её участием была исполнена и четвёртая новинка. Ну, а раз уж есть дуэт, как не исполнить изначально написанную для дуэта "А если бы он вернулся опять"? Она и прозвучала. Затем я имел возможность насладиться "Вороном" и, впервые, "Морой" — то есть, впервые я получал от неё настоящее удовольствие. Конечно, был выход на бис — "Королевна", "Дорога сна", которую я давно что-то не слышал на концертах, и "Ночная кобыла". Последние две пел весь зал, впрочем, это можно было сказать о многих песнях.
Кстати, о зале. Не знаю, крутились ли жернова и ездили ли поезда, но до меня — а я стоял в одном из первых рядов — никаких ударных волн не доходило, хамского шума практически не было, и даже народ, кажется, послушался просьбы Хелависы и почти не курил, во всяком случае, моя футболка после концерта почти не пахла табаком. Может, все гоблины пошли мочить гей-парад?
Больше, пожалуй, рассказывать нечего, остальное надо было слышать и видеть, и мне жаль всех (заинтересованных), кому не удалось это сделать. |
|
|